Московская юридическая компания — это профессиональные юристы, развитые партнерские отношения и деловые связи как в Москве, так и в ключевых регионах страны.

Звонок по России бесплатный
8 800 333-23-73
8 499 995-23-09
Заказать звонок

Боровков Юрий Михайлович

Боровков Юрий Михайлович

Заместитель главы Президиума МОКА (Московской областной коллегии адвокатов).

Родился Юрий Михайлович в селе Заволжье Астраханской области в 1947-м году. Юридическое образование получил в МГУ им. М. В. Ломоносова.

В 1981-м году стал членом МОКА. В 1991-1992-м годах заведовал Люберецкой юридической консультацией. В 1994-1995-м годах преподавал в Международном институте экономике и права. Затем 5 лет председательствовал в Комитете по защите прав адвокатов ФСАР (Федерального Союза адвокатов России), а в 1997-1998-м годах параллельно был председателем Консультативного совета «Правовое образование в школе». С 2000-го года занимает пост вице-президента ФСАР. Является членом Правления Международного Союза адвокатов.

В своей преподавательской и практической деятельности ориентируется на дела, связанные с банковским и налоговым законодательством, международным частным правом, уголовным процессом. Неоднократно помогал возвращать экипажи российских судов и их имущество из-за границы. Оказывал юридическую помощь В. И. Болдину по делу ГКЧП.

Свободное время Юрий Михайлович посвящает изучению логики, религии, психологии, литературы и поэзии. Является преданным поклонником творчества Ф. М. Достоевского, Генри Торо, П. Я. Чаадаева.

Случай из практики

Один из областных судов России рассматривал дело об убийстве 2-х рыбаков на берегу реки. Обвинялось 3 лица, одного из которых приговорили к смертной казни, а двух других — к длительному тюремному заключению. Верховный Суд России дважды отменял решение о смертной казни, а 15-летние сроки заключения оставлял без изменений.

В широко освещаемом прессой процессе принимал участие и адвокат Юрий Михайлович. Ему и его коллегам понадобилось долгих 8 лет, чтобы добиться отмены приговора и направить дело на доследование в областную прокуратуру, а оттуда — опять в суд.

Защита считала, что все ошибки, допущенные в ходе следствия и анализа доказательств, были очевидны, но поскольку те, кто их допустил, впоследствии заняли высокие посты в прокурорских и судебных органах, на них закрывали глаза. Поэтому адвокаты сделали все возможное, чтобы добиться в Верховном Суде передачи дела в суд другой области в целях объективности. В конце концов, эта просьба была удовлетворена.

Немало проблем доставил и тот факт, что один из обвиняемых продолжал упорствовать и утверждал, что он вместе со своими знакомыми убил 2-х человек. Знакомые же, признавшиеся в том, что в самом начале оговорили себя, тем не менее, отмечали, что запрещенных методов допроса к ним не применяли и никаких претензий к работникам следственных органов они не имеют. Это наводило на определенные размышления.

Эти факты подтолкнули Юрия Михайловича к проведению скрупулезного анализа доказательств, имеющихся в материалах дела.

Первая же проверка показала, что при проведении экспертиз были допущены грубейшие нарушения, которые можно приравнять к профессиональным преступлениям. Более того, анализ представленных в деле доказательств проводился под конкретную версию следствия, т. е. крайне избирательно и субъективно. А сама версия впоследствии была озвучена одним из подозреваемых, оговоривших, по совету брата, всех обвиняемых в убийстве. Факт оговора впоследствии также был раскрыт.

Все это позволило адвокатам аргументировать необходимость вынесения оправдательного приговора. Правда, судебная коллегия так не посчитала и отправила дело на доследование, после которого оно и было прекращено ввиду отсутствия доказательств.

В другой раз Юрию Михайловичу довелось защищать Константина М., которого обвинили в убийстве на почве неприязни к Валентине К. Подозреваемый виновным себя не признавал. Детальный анализ доказательств, проведенный адвокатом, показал, что в процессе расследования могли быть допущены умышленные ошибки, на которые Юрий Михайлович не преминул указать суду. Так, он обратил внимание на то, что опознание по фотографии было проведено с явным нарушением УПК России. В момент, когда по документам происходило опознание, пострадавшая находилось в реанимации, а ее давление было равным 60/40 — вряд ли с такими жизненными показателями Валентина К. могла сказать хоть слово. И даже если бы могла, эти показания не должны были быть учтены, поскольку в деле отсутствует заключение врача. Кроме того, по словам понятых, которые якобы принимали участие в следственных действиях, они не слышали, чтобы потерпевшая упоминала подозреваемого.

В суде были опрошены и другие свидетели, которые также не смогли внести ясность в виновность Константина М. В итоге суд вынес оправдательный приговор, который впоследствии неоднократно опротестовывался. Окончательную точку в этом деле смог поставить Верховный Суд, отклонивший ходатайства прокурора.